Триггерные точки существуют? Что известно о болезненных участках мышц

Мне хочется попросить коллег, настроенных скептически, перестать говорить — прямо или намёками, — что болезненных участков, которые мы называем триггерными точками, не существует. В последние годы спор о природе этих участков стал поляризованным и оброс однообразными лозунгами. Вместо категорического отрицания я предложил бы более точную формулировку:

Болезненные, чувствительные участки, которые принято называть «триггерными точками» или «мышечными узлами», несомненно встречаются. Но мы по-прежнему не знаем наверняка, что они собой представляют, как возникают и как их надёжно лечить.

Нашему скептицизму нужна мера — и немного внимания к страданию людей. Никто всерьёз не сомневается, что человек может испытывать сильную боль в отдельных участках мягких тканей. Спор касается происхождения этих ощущений и того, как их объяснять. Сам клинический феномен существует. Убедительного объяснения его природы пока нет.

Некоторые люди, возможно, очень многие, испытывают гораздо более выраженную и продолжительную болезненность, чем знакома лично вам. Иногда это мучительное состояние. Если специалист сообщает им, что их «триггерных точек не существует», они нередко слышат в этом отрицание собственной боли. Для человека это становится ещё одним примером того, как медицинские работники обесценивают его ощущения.

Разумеется, необходимо критиковать слабые исследования. С догмами, рекламными преувеличениями и уверенными заявлениями, для которых нет доказательств, следует спорить. Я и сам не раз закатывал глаза, слушая чрезмерно простые объяснения специалистов по «триггерной терапии». Но нельзя производить впечатление, будто люди жалуются на выдуманную проблему.

Мы имеем дело с настоящей клинической загадкой. У методов работы с триггерными точками немало проблем, однако я бы не ставил всё это направление в один ряд с гомеопатией, магнитными «чудо-средствами» или теорией хиропрактических подвывихов. В чём-то ситуация напоминает фибромиалгию: сам болезненный опыт реален, а вокруг его объяснения и лечения накопилось множество ошибочных и чересчур уверенных идей.

На PainScience.com есть большая подборка материалов о триггерных точках. Это до сих пор одна из главных тем моего сайта. Что бы эти точки, чёрт возьми, ни представляли собой!

Одна из самых странных попыток лечить болезненные «мышечные узлы» — прокалывать их тонкими иглами. Такой подход называют сухим иглоукалыванием (dry needling). Это не совсем то же самое, что традиционная акупунктура, хотя родство методов очевидно. В своей книге о триггерных точках я посвятил ему большой раздел.

В конце 2025 года мне попалась новая работа, к которой стоит присмотреться. В июле 2025 года Вэнь Цао и коллеги опубликовали в Scientific Reports исследование ультразвуковых признаков триггерных точек верхней части трапециевидной мышцы. Журнал принадлежит издательской группе Nature, но это не сам журнал Nature; Scientific Reports работает по модели открытого доступа с оплатой публикации после рецензирования.

В исследовании приняли участие 49 человек с болезненными участками верхней части трапециевидной мышцы с одной стороны тела. Другую, бессимптомную сторону использовали для сравнения. Авторы оценивали толщину тканей, их жёсткость с помощью эластографии сдвиговой волны, показатели кровотока по доплеровскому исследованию и выраженность боли. Измерения проводили до процедуры и через час после сухого иглоукалывания.

Иглу быстро вводили и выводили десять раз примерно за две секунды в каждой точке. Десять проколов подряд! Конечно, столь интенсивное механическое воздействие способно что-то изменить в тканях. Но что именно и насколько надолго?

До процедуры верхняя часть трапециевидной мышцы на болезненной стороне в среднем была толще и жёстче, чем на противоположной. После иглоукалывания некоторые измеренные показатели уменьшились, а отдельные показатели местного кровоснабжения изменились в сторону улучшения. При этом один из трёх показателей кровотока заметно не изменился.

Со слов участников, боль через час снизилась в среднем примерно с 7,9 до 5 баллов по десятибалльной шкале. Последующих проверок через несколько часов, на следующий день или неделю исследователи не проводили. Поэтому о продолжительности эффекта мы почти ничего не знаем.

Авторы также исследовали образцы тканей, взятые у пяти человек. Они описали участки жирового и соединительнотканного замещения, изменения мелких сосудов и признаки воспалительной реакции. Мышечные волокна тоже выглядели неоднородно. А вот привычных для теории триггерных точек «узлов сокращения» в этих пяти образцах не нашли.

Для популярной модели «микросудорог» это неудобный результат. Исследователи предлагают рассматривать болезненные участки как области сложных изменений тканей: соединительнотканного матрикса, плотности, кровоснабжения и воспалительной активности. Такая версия интересна, однако пять биопсий — слишком скромная основа для больших обобщений.

В некоторых отношениях работа технически впечатляет: авторы совместили ультразвуковую визуализацию, эластографию, доплеровские измерения и гистологию. Но описали результаты недостаточно полно. Например, вместо точных значений p нередко указывали только, что они меньше 0,05. Это оставляет читателя без существенной части статистической информации.

Есть и более принципиальная трудность. Исследование почти ничего не сообщает о том, помогает ли процедура людям в клинически значимом смысле. Боль оценивали лишь через один час. Не было надлежащего сравнения с контрольным вмешательством, позволяющего отделить действие проколов от неспецифических эффектов процедуры, колебаний симптомов и ожиданий участников.

Поэтому работу трудно использовать как доказательство эффективности сухого иглоукалывания. В лучшем случае она показывает, что исследователи измерили после вмешательства, и предлагает новые гипотезы о возможном механизме. Объяснять, «как работает» лечение, прежде чем убедительно показать, что оно действительно помогает, — известная ловушка механистических исследований.

В частности, многократные проколы могут действовать довольно грубо: изменять локальные механические свойства тканей и сосудистые показатели. Тогда иглы оказываются вовсе не столь «точным инструментом», каким их иногда представляют. Но даже такой вариант объяснения имеет смысл только при наличии хороших клинических данных о пользе метода. Пока уверенности здесь нет.

Мне особенно интересно, что авторы не обнаружили «узлов сокращения». Это может оказаться важной деталью в дальнейшей дискуссии о природе триггерных точек. При этом размеры гистологической выборки, методические ограничения и кратчайший срок наблюдения требуют большой осторожности.

Оригинальная заметка: Paul Ingraham. Please! Stop saying trigger points do not “exist” (plus a needling study). PainScience.com, 21.01.2026 ↗.

Исследование: Cao W., Yin L., Sun H. и соавт. Ultrasound features of myofascial trigger points: a multimodal study integrating preliminary histological findings from the upper trapezius. Scientific Reports. 2025;15:20510. PubMed 40593027 ↗.

Редакционное уточнение VesninMed: данные об изменениях эластографических показателей после процедуры не подтверждают специфическое действие игл на анатомически обособленную «триггерную точку» и не позволяют переносить выводы непосредственно на массаж.